“Мои девочки”: история Дмитрия Акуло, у которого 100 ульев, 12 сортов меда и ни одного выходного
Он не носит защитный костюм, называет пчел “мои девочки” и утверждает, что те чувствуют его за версту. Дмитрий Акуло – пчеловод с 25-летним стажем, обладатель призовых мест на “БелЭкспо” и российских выставках, чей липовый мед превзошел по чистоте знаменитые башкирские образцы. Мы побывали на пасеке в деревне Щенец, где круглый год кипит жизнь, а “трудоголики” породы Бакфаст трудятся без выходных.
На первый взгляд может показаться, что пчеловодство – это летняя романтика. Но для Дмитрия Акуло из деревни Щенец это 365 дней в году без выходных. Зимой – ремонт рамок и вощина, весной и летом – борьба с роением, откачка меда, осенью – обработка от клещей, подготовка к зиме.
– Пчёлы, как сельхозживотные, мобилизуют. Болеть нельзя, выходных нет, – улыбается пасечник, поправляя дымарь.
Все началось с двух семей, взятых у дяди, и первого шока. Отец Дмитрия всегда мечтал, чтобы сын занялся пчелами. Первый опыт оказался непростым: новичка “лупили” так, что одежда прилипала к телу, а интоксикация от укусов была сильной. Супруга Елена до сих пор с содроганием вспоминает, насколько они были агрессивными.
Жена была уверена, что Дмитрий бросит это дело, но сдаваться он не привык. Глядя на видео, где другие пасечники спокойно открывали ульи, оставаясь нетронутыми роем, он понял: секрет не в толщине ткани, а в знаниях и спокойствии. Началось погружение в теорию: горы книг, журналов, курсы и самостоятельное разведение маток. Многие теоретические знания он переосмыслил на практике и с некоторыми подходами категорически не согласен.
Сегодня на его пасеке – более ста ульев. Такое количество требует технологического подхода: селекции маток, борьбы с клещом, грамотной кочевки и постоянного контроля.
– Без человека пчелы сейчас не выживут. Клещ – это бич современного пчеловодства, – констатирует Дмитрий.
Борется он с напастью без фанатизма. Никакой “химии” в сезон медосбора – только биологические методы и обработка строго после откачки меда.
Дело Акуло – по-настоящему семейное.
– Он для них врач, а я медсестра, – шутит Елена. – Физическим трудом он меня не нагружает, я хожу с дымарем. Помогаю, чем могу. Мне тоже очень нравится заниматься пчелами.
К родителям присоединился и сын Назар, который тоже загорелся этим ремеслом. Дмитрий с гордостью называет себя “крестным отцом” для каждой матки: он выводит их лично, развивая линию породы Бакфаст.
– Качество матки на 40% зависит от генетического фона, а 60% – как она была выращена. Эти пчелы – настоящие локомотивы, миролюбивые и трудолюбивые, – делится наш собеседник. – Каждая пчелиная семья похожа на человеческую. У них всё организовано идеально. Никого не нужно заставлять работать, роли распределены четко.
Эту миролюбивость я проверила на себе. Пока мы общались рядом с ульями, ни одна пчела не проявила агрессии.
Дмитрий уверен: пчелы чувствуют человека.
– Они меня находят везде, – смеется он. – Однажды я даже рой обнаружил в собственной кладовке! Как они туда попали? Видимо, почуяли родную душу.
Есть у него и старый улей, который давно пора выбросить, но пчелы упорно находят его, где бы он ни стоял.
– Я прячу его, переношу, а они все равно прилетают, – удивляется Дмитрий.
– Пчелы просто облюбовали его, а чтобы старый домик не развалился, они просто держат стенки улья. По-другому никак, – смеется Елена.
Отдельная история – перевозка ульев. Пасека кочует по разным точкам: в лес, к рапсу, гречихе, клеверу, на вереск. Это дает разнообразие меда. В коллекции у Дмитрия более 12 видов меда: лесной, несколько видов весеннего, липовый, гречишный, вересковый и другие.
– Перевожу ульи ночью, так как днем пчелы разлетаются по своим делам. Процесс очень трудоемкий, порой без сна по двое суток, – говорит Дмитрий. – Во время переезда случаются казусные ситуации: то на “кошку” наеду и колеса пробью, то зверей различных встречу. Вы не представляете, а какая красивая у нас природа!
В копилке пчеловода – призовые места престижных конкурсов “БелЭкспо” и российский выставок. Его липовый мед удивил даже экспертов: содержание нектара липы составило 93%, что оказалось выше, чем у знаменитых башкирских образцов.
А вот добыть настоящий вересковый мед – это подвиг.
– Откачать 10 килограммов вереска сложнее, чем 100 килограммов любого другого, – признается пчеловод. – Он густой, как смола. Нужна температура 40–45 градусов, специальный валик, условия как в бане. Но аромат… он необыкновенный!
Дмитрий разбирается в меде, как сомелье в винах, чувствуя каждую нотку. Его любимый сорт – терпкий вересковый, а жена Елена предпочитает нежный весенний.
В планах у Дмитрия – создание мобильной кочевой пасеки на прицепах-павильонах и, возможно, написание книги.
– Все, что я умею, – жизнь заставила. Но без любви здесь делать нечего, – повторяет он снова и снова.
И глядя на то, с какой заботой он подготавливает пчел к зиме, знает, чем подкормить, “чтобы не болели животики”, понимаешь – это и есть та самая любовь к делу, которую не подделать.
Фото автора.